1 день
О сайте



1 | MEL CO 0588 1972 |
| 1. Альцина: Ария Альцины "Ah, mio cor! Schernito sei!" 5:44 2. Se tu m'ami, se sospiri 3:20 3. Pieta, Signore 8:26 4. Amarilli, mia bella 3:55 5. Ксеркс: Речитатив и ария Ксеркса "Frondi tenere e belle… Ombra mai fu" 6:23 6. Caro mio ben 3:40 7. Vittoria, mio core! 2:46 8. Ринальдо: Речитатив и ария Альмирены "Armida, dispietata!… Lascia ch'io pianga" 5:27 9. Come raggio di sol 2:15 Композиторы: Георг Фридрих Гендель (1, 5, 8), Назим Рзаев, Джованни Баттиста Перголези (2), Алессандро Страделла (3), Джулио Каччини (4), Томмазо Джордани (6), Джакомо Кариссими (7), Антонио Кальдара (9) Авторы слов: Риккардо Броски (1), Лудовико Ариосто (1), Неизвестен (2, 3, 6, 9), Джованни Баттиста Гуарини (4), Сильвио Стампилья (5), Николо Минато (5), Доменико Бениньи (7), Джакомо Росси (8) Исполнители: Муслим Магомаев Назим Рзаев Камерный оркестр Азербайджанского радио и телевидения Певец на все времена. Муслим Магомаев поет старинные итальянские арии. Гендель, Кальдара, Каччини, Кариссими. Муслим Магомаев записал с Камерным оркестром Азербайджанского радио под управлением Назима Рзаева музыку этих и других композиторов из антологии старинных итальянских арий, выпущенной в Милане в конце XIX столетия. «Фирма Мелодия» издает в цифровом формате пластинку 1972 года, которая стала неожиданностью даже для поклонников выдающегося певца. Магомаев… и итальянское барокко? Само это сочетание может показаться странным. Нет, универсальность его таланта не удивляла никого; волшебному голосу артиста было подвластно все, будь то эстрадная песенка или оперная сцена. Но за столь специфический репертуар в те годы не брался почти ни один советский певец. «Caro mio ben», «Se tu m’ami», «Ombra mai fu», «Lascia, ch'io pianga»… Эти арии знакомы каждому студенту-вокалисту; их пели великие исполнители ХХ века, поют и сегодня – впрочем, совсем не так, как полвека назад. И спешим разочаровать приверженцев «аутентизма»: Муслим Магомаев предельно далек от господствующих ныне исполнительских стандартов. Равно как и далек от холодного, музейного академизма – распространенного в его эпоху подхода к барочному репертуару. Артист выстраивает индивидуальную, подчас неожиданную – но всегда убедительную, внутренне завершенную – трактовку каждой арии. Так, простенькую арию-песню Джордани (Caro, mio ben) его голос наделяет восторженным пылом любовной клятвы; в наивную стилизацию «под Перголези» («Se tu m’ami…») превращает в мольбу измученного безответной любовью юноши. Но не таким ли оставался Магомаев в любом из многих сотен спетых им произведений! Пожалуй, самой неожиданной остается в его трактовке ария из «Ринальдо»; впрочем, как говорится, лучше один раз услышать. винил СМ 03345-6 |