16 дней
О сайте
6 3 | С10 15501-2 1981, дата записи: 1977-1979 гг. |
Albert Magnus / 2013-01-13 16:24:07 / Редакция № 5: 2016-10-09 21:23:57
| Д. ШОСТАКОВИЧ (1906—1975) Сторона 1 Сатиры («Картинки прошлого») на слова Саши Черного, соч. 109 1. Критику (1.06) 2. Пробуждение весны (2.45) 3. Потомки (4.10) 4. Недоразумение (5.41) 5. Крейцерова соната (5.40) МАКВАЛА КАСРАШВИЛИ, сопрано ЛИЯ МОГИЛЕВСКАЯ, фортепиано Сторона 2 Шесть романсов на слова японских поэтов, соч. 21 1. Любовь (2.40) 2. Перед самоубийством (2.00) 3. Нескромный взгляд (0.49) 4. В первый и последний раз (3.09) 5. Безнадежная любовь (1.45) 6. Смерть (2.08) АЛЕКСЕЙ МАСЛЕННИКОВ, тенор ЛИЯ МОГИЛЕВСКАЯ, фортепиано Четыре стихотворения капитана Лебядкина, соч. 146. Слова Ф. Достоевского 1. Любовь капитана Лебядкина (4.00) 2. Таракан (3.22) 3. Бал в пользу гувернанток (2.00) 4. Светлая личность (2.09) ЕВГЕНИЙ НЕСТЕРЕНКО, бас ЕВГЕНИЙ ШЕНДЕРОВИЧ, фортепиано Звукорежиссеры: Р. Рагимов, М. Пахтер Редактор И. Орлова. Художник А. Козельцев Цифровое издание MEL CO 1670 Дмитрий Дмитриевич Шостакович (1906–1975) вошел в историю мировой музыки как один из величайших симфонистов, создатель потрясающих инструментальных драм — симфоний, квартетов, концертов, сонат. Однако романсы и песни, которые он создавал на протяжении всей жизни, гениальные оперы «Нос» и «Катерина Измайлова», написанные им в раннюю пору творчества, вокальные симфонии № 13 и 14, поэма «Казнь Степана Разина», вокальные сюиты, относящиеся к последнему периоду, с несомненностью убеждают, что он был замечательным вокальным композитором. Тонкое ощущение поэтического слова, одухотворенная естественность мелодики, отражение в ней индивидуальной неповторимости разговорной интонации — всё это побуждает видеть в Шостаковиче прямого продолжателя прекрасных традиций вокальной музыки Глинки и Даргомыжского, Чайковского и Мусоргского. Шостакович един в своих инструментальных и вокальных сочинениях: он повсюду воспевает человечность и духовную гармонию и порицает то, что мешает им расцвести. Запечатленные на этой пластинке вокальные циклы, относящиеся к разным периодам в творчестве композитора, демонстрируют необыкновенное разнообразие проявлений богатейшего мира его музыки. Шесть романсов на слова японских поэтов, соч. 21, написаны в 1928–1932 годах. Многие композиторы XX века, обращаясь к японской лирике, стремились уйти от действительности в далекий и изысканный полусказочный мир. Пример тому — Стихотворения из японской лирики Стравинского. Любопытно, что тексты трех первых номеров в своем цикле Шостакович заимствовал из того же поэтического сборника (изданного в Петербурге в переводах А. Брандта), что и Стравинский. Но характер избранных стихов, как и музыки у Шостаковича совсем иной. Романсы далеки от экзотической причудливости, в них запечатлены вполне реальные томительные страсти и философические раздумья о пережитом. Жизненная гармония нарушена, пылкое чувство («Любовь» на слова неизвестного поэта древности, «Нескромный взгляд» на стихи неизвестного поэта XVIII века, «В первый и последний раз» — стихотворение, видимо, представляет собой стилизацию, выполненную литератором и драматургом Александром Прейсом) не находит отклика. И тогда пробуждаются мысли о смерти («Перед самоубийством» на стихи поэта VII века Оцуно Одзи, два последних романса). Обостренной эмоциональностью цикл сродни опере «Катерина Измайлова», над которой Шостакович работал в те же годы. Примечательно, как образная антитеза «любовь и смерть», воплощенная в этом раннем опусе композитора, впоследствии будет развита и заново осмыслена им в поздних вокальных циклах на стихи Блока, Цветаевой и Микеланджело. «Сатиры» на слова Саши Чёрного, соч. 109, возникли в 1962 году. Дав этому сочинению подзаголовок «Картинки прошлого», Шостакович мог бы повторить слова Мусоргского: «прошлое в настоящем — вот моя задача». Композитор обратился к творчеству популярного в предреволюционную пору талантливого поэта Саши Чёрного, написав на его стихи пять романсов — пять живых драматических сценок. Поразителен юмор Шостаковича. Пародируя известные музыкальные образцы, сталкивая в звучании возвышенное с низменным, он выводит на авансцену вереницу персонажей, уморительно комичных, одновременно невероятных и правдоподобных. Мишенью сатиры избрано мещанство. Шостакович обличал мещанство не раз, видя в нем страшное зло. Прав выдающийся интерпретатор музыки Шостаковича Евгений Мравинский, когда говорил, что, в представлении композитора, самый ненавистный его враг, фашизм — «это тоже тупость, бездарность и пошлость, это худшие качества мещанства, культивированные, организованные и поставленные на службу силам уничтожения». В «Сатирах» Шостакович изобличает одну из разновидностей социального зла — «интеллигентное» мещанство. Первый романс, «Критику» — остроумная заставка. Он может быть воспринят как предуведомление будущим критикам: не смешивать автора музыки с действующими лицами. А далее — галерея портретов: тут и эгоист, отпирающийся от будущего, от заботы о потомках, и томная сочинительница салонных виршей, и пошляк-«народник», идеалы которого заслонены прелестями толстой прачки Феклы. Каждого из них Шостакович безжалостно осмеивает за моральную ущербность, за подмену истинных духовных ценностей мнимыми. И тем самым утверждает позицию истинного гуманизма и высокой духовности, которая является для него исходной. Последнее вокальное сочинение Дмитрия Шостаковича «Четыре стихотворения капитана Лебядкина» (1975 г.) на слова Фёдора Достоевского из романа «Бесы» — вершина его музыкальной сатиры. «Герой» цикла — это карикатурно сниженный двойник Николая Ставрогина, «у которого он прежде долгое время состоял в качестве шута» (Достоевский). Низменный аморализм, «вывернутость» Лебядкина обнаруживаются и в его «поэзии», которую он, как пишет Достоевский, «уважал и ценил безмерно». «Я поэт, сударыня, поэт в душе, — заявляет он, — и мог бы получать тысячу рублей от издателя, а между тем принужден жить в лохани...» Об одном из поэтических перлов Лебядкина автор-рассказчик говорит: «Некоторые стихи этого идиотского стихотворения были такого рода, что никакая глупость не могла бы его допустить». В музыке Шостаковича дан хлесткий портрет Лебядкина с его заискивающей наглостью манер и бессвязной претенциозностью выражений. Композитор использует острейшие гротескно-пародийные средства: таковы, например, алогичные нервические выкрики в конце фраз, захлебывающееся, торопливо-обрывистое повторение слов («аристократи... аристократи... аристократический ребенок») или, скажем, возникающая (в пылу любовных мечтаний Лебядкина) цитата из арии Елецкого, которая мгновенно переходит в пошленький канканный мотив, и многое другое. Саркастически живописуя в четырех ипостасях «любовь», «мораль», житейскую и общественную «философию» этого персонажа, Шостакович подчеркивает, что Лебядкин не только смешон и ничтожен: он отвратителен и страшен в своей эстетической, этической и социальной сути. Манашир Якубов МОЗГ Зак. 208. Тир. 7000 |
Albert Magnus / 2013-01-13 16:24:07 / Редакция № 5: 2026-03-23 14:22:30
